Анжелик Мeйер: искусство сильнее смерти. Часть 2
Вход на сайт
Регистрация
или войти с помощью
Преподаете танцы? Зарегистрируйтесь как школа или хореограф
ПРИВЕТ, Я МАША, ОСНОВАТЕЛЬ WELOVEDANCE.
Аудитория нашего сайта растет с каждым днем и мне интересно узнать, кто нас читает – откуда вы, чем интересуетесь и где танцуете? Если вы готовы познакомиться, жмите кнопку "Продолжить" и ответьте на несколько коротких вопросов. Так мы будем знать, чем заинтересовать вас в следующий раз.
Вход на сайт
Регистрация
Преподаете танцы? Зарегистрируйтесь как школа или хореограф
Вход на сайт
Регистрация
Школа
Хореограф
Завершение регистрации
Восстановление пароля
Создать
Ваша заявка отправлена.





Анжелик Мeйер: искусство сильнее смерти. Часть 2
"Мой мозг был сильнее моего тела и вел его. Мое тело было рабом моего мозга, и это было чудесно".


Welovedance.ru, 29 окт 2013 г

3023
1

В прошлый раз вы читали на WLD историю успеха многократной чемпионки Франции по Латине - Анжелик Мeйер. Сегодня мы расскажем о самой сокровенной тайне, которую Анжелик пережила на пике своей карьеры.


А.М.: ...В Феврале 2009 года мы с братом были по работе в Гонконге. В ходе очередной тренировки мы ставили новый финал для пасодобля. Я сильно ушиблась, но не придала этому значения. Мы вернулись в Париж, но боль не уходила, и мой спортивный врач решил сделать МРТ. Врач не возвращался очень долго. Наконец, мне сообщили, что на моем позвоночнике заметно большое углубление, и что это может быть разновидностью опухоли, поэтому мне лучше обратиться к специалисту.

WLD: Это, наверное, жутко страшно – услышать такое.

А.М.: Я была в шоке. Слово "опухоль" звучало очень страшно. Я сразу же подумала о раке, начала паниковать и спрашивать себя "Неужели я умру?". Это было в феврале, - в момент нашего с Седриком перехода в Профессионалы прошло всего 9 месяцев. Я показывала свой снимок разным специалистам, но никто не приходил к единому мнению. Это так пугало!!! Все разводили руками и повторяли: «Странно, такого обычно не бывает на крестце».

WLD: Когда же удалось поставить диагноз?

А.М.: Март длился для меня целую вечность. Одни врачи думали, что это рак, другие - нет. Наконец, я добилась приема у лучшего в мире хирурга по позвоночникам. Он француз. Я смогла встретиться с ним благодаря огромной поддержке со стороны моего спортивного доктора, - они были лично знакомы. Хирург сказал: "Единственный способ поставить диагноз - это сделать биопсию". Это означало, что у меня из крестца извлекут небольшую часть кости, проанализируют ее, и скажут, умру ли я, и как скоро это случится. Биопсия была назначена через 2 недели, а результата надо было ждать целый месяц.

WLD: Как это ужасно, целый месяц в неведении... Каков был результат?

А.М.: Наступил апрель, и пришли результаты. У меня обнаружили опухоль в начальной стадии, которая в долгосрочной перспективе может быть злокачественной. "Чем раньше мы извлечем ее, тем будет лучше"- сказал мне доктор. Безусловно, мы решили извлечь опухоль как можно скорее, и я чувствовала себя спокойней, – это все же не рак!

WLD: Ты продолжала выступать?

А.М.: Да, ведь на носу был Блэкпул... Мы протанцевали год, я не могла дождаться операции, которая покончила бы с этим кошмаром.

WLD: Ты станцевала на Блэкпульском Фестивале и заняла 31 место из огромного количества пар. Это удивительный результат, будучи в таком положении... Что было после турнира?

А.М.: Я помню июнь... Мы возвращались из фантастического Блэкпульского Фестиваля обратно в реальность. Там я жила феерией танца, а здесь меня ждала операция через несколько дней. Меня снова парализовал страх: я очень боялась за свои ноги, ведь они напрямую связаны с позвоночником. Но я должна была это сделать! Должна избавиться от растущей опухоли внутри меня и забыть о ней!

WLD: Как прошла операция?

А.М.: После операции у меня были безумные боли в области таза, я не могла ходить около месяца. Вы не можете себе представить, каково это, когда ты - танцор, но не можешь даже ходить!!!

WLD: Как твоя семья поддерживала тебя в то время?

А.М: Моя мама водила меня в парк и заставляла гулять по полчаса каждый день, это было совсем непросто, даже моя бабушка могла ходить быстрее меня! (смеется). Вы не представляете, что я испытывала: разочарование, панику...
Я помню, мама мне говорила: "Давай! Ты же хочешь скорее вернуться на паркет! Шевели своей попой!", и мы смеялись. На тот момент мы даже не могли себе представить, что это еще был не конец, а только начало всего кошмарного сна...

WLD: Разве ты не шла на поправку?

А.М.: Да, и в середине июля я собиралась уехать в отпуск. Прямо перед отъездом я зашла в больницу. Хирург встретил меня в неожиданно холодном расположении духа. Он сказал: "Мисс Мэйер, у меня плохие новости: Когда мы сделали операцию, мы удалили небольшую часть опухоли и очистили все. Но после анализа всей кости, мы к сожалению нашли раковые клетки. Я сожалею". Я подумала: "Почему? Это невозможно! Только не это опять! Почему они говорили, что это не рак, а теперь говорят обратное?!". Я была так зла и испугана, что не могла найти слов. Слава Богу, моя мама была рядом со мной в тот момент, без нее я бы потерялась.

WLD: Какую еще информацию ты получила?

А.М.: Хирург объяснил мне, что иногда это случается, что после первой биопсии они не угадывают с точностью на 100%. Они обращались к другой команде экспертов, для повторного анализа. Оказалось, это странная разновидность рака (остеосаркома на крестце), и мне надо было ждать еще 2 недели, самые долгие 2 недели в моей жизни. Я плакала, я кричала, я чувствовала, как часто билось сердце, и я не могла дышать. Я боялась, думала: "Я умру... почему я?".

Когда получаешь такого рода новости, не перестаешь спрашивать себя: "Почему я?". На следующий день после выхода из больницы нужно было начинать лечение, причем как можно скорее, ведь когда ты молод, раковые клетки размножаются с двойной скоростью.

WLD: Доктор говорил о каких-то гарантиях?

А.М.: В том то и дело, что нет. Специалист объяснил мне, что у меня очень редкая разновидность рака, они сделают все, чтоб спасти меня, но они не могут обманывать меня, - в таких неисследованных случаях возможны и ошибки. Он ясно пояснил: "Да, – ты можешь умереть, и да, – может, в следующем году тебя здесь уже не будет". В те моменты я пребывала в шоке, чувствовала, что меня вырвет, и думала, как же несправедливо такой молодой столкнуться со смертью. Химиотерапия началась через 3 дня. Я знала, что будет тяжело, но даже не ожидала что настолько.

WLD: Что ты говорила самой себе?

А.М.: Только люди, что прошли через это, могут понять меня по-настоящему. Это не выразить словами. Ты даже не сразу осознаешь ситуацию, потому ее невозможно понять, - ее нужно просто принять. Я твердила себе: "Ты больна, дорогая моя, но нет, нет, – ты не дашь раку забрать тебя, тебе еще столько вещей нужно достичь". Я решила бороться.

После такого ты видишь всю свою жизнь по-другому и думаешь, как глуп ты был, – усложнял свою жизнь какими-то мелочами, не представляя всю ничтожность этих проблем.

WLD: Как ты организовала свою профессиональную жизнь с того момента: танцы, тренировки, уроки?

А.М.: Когда в первый же день в больнице специалист сказал мне: "Ты должна знать, что тебе придется завязать с твоей работой", мне было очень тяжело. Думать о том, что я больше не буду танцевать, было невыносимо. Танец- это вся моя жизнь, если я больше не смогу танцевать, я не выживу.

Врачи говорили, это опасно из-за отверстия в тазу, – он может сломаться. А также из-за агрессивного лечения химиотерапией, я буду физически просто неспособна танцевать. Но ведь танец- это мой мотор, он делает меня лучше и счастливее. У рака нет ни единого шанса остановить меня! И я сказала себе: "Я буду танцевать, несмотря ни на что". Врачи думали, что я сумасшедшая, но это меня не волновало. Хотя да, может, я и была немного сумасшедшая, но если мне суждено было умереть через год, я хотела насладиться этим временем по максимуму. Я твердо знала, что танцы будут частью моей борьбы против рака. Я знала, что должна танцевать, знала, что должна была делать это, ведь это часть меня, это никто и ничто не может забрать. И каждый день я повторяла, что буду бороться с раком.

Конечно, были и дни, в которые было невыносимо трудно терпеть боль и лекарства, – мне казалось, что я сдамся и не смогу. Но моя семья, мои друзья, мои ученики делали все для того, чтобы я продолжала бороться, и, в конце концов, даже если ты очень тяжело болен, ты начинаешь учиться жить день за днем и искать новые пути к счастью и радости.

WLD: Что решил твой партнер? Бывают случаи, когда один из партнеров получал серьезную травму, а другой, не теряя времени, продолжал свою танцевальную карьеру с новым партнером...

А.М.: Мой брат Седрик решил пройти через все это со мной и танцевать для меня. Он продолжал ездить на уроки с нашими тренерами и занимался каждый день. Я могла тренироваться только неделю в месяц и не больше получаса в день. Я не могла делать больше: неделю лежала в больнице, а следующую отходила от химиотерапии. Меня рвало, мучили постоянные инфекции и непреодолимая усталость. На последней неделе месяца мне всегда становилось лучше, появлялось больше сил, я шла в танцевальную студию преподавать, практиковаться или просто полежать на танцевальном паркете, наблюдая за тем, как тренируется мой брат, ведь он готовится к нашим будущим соревнованиям. Он говорил мне: "Не переживай, ты всего лишь должна быть в моих руках, красиво выглядеть, а я позабочусь обо всем остальном!"

WLD: Вы продолжали ездить на турниры, верно?

А.М.: В течение полутора лет моего лечения мы оттанцевали несколько конкурсов, такие как: Мастера в Австрии (полуфинал), Чемпионат Мира (17 место), Чемпионат Европы (13 место) и Блэкпул (в одном танце мы вошли в лучшие 24 пары), то есть мы были в силах удержать наши результаты на том же уровне. Конечно, я была не в лучшей форме, но я не смотрелась нелепо. Может быть, люди поддерживали нас, зная мою храбрость, но мой брат делал за нас большую часть работы. Я навсегда останусь благодарна ему за то, что он сделал для меня.

В моменты, когда я готовилась к турнирам, я чувствовала себя настолько оживленной, что забывала реальность, забывала, что больна.

WLD: Когда люди проходят через химиотерапию, их внешность меняется. Кто помогал тебе с конкурсными костюмами, чтобы спрятать следы болезни и показать твою истинную красоту?

А.М.: Я была абсолютно лысой, но дизайнер ВЕСА придумал для меня очень красивую и необычную шапочку, так что никто не мог догадаться, что у меня рак. Конечно же, мои друзья-танцоры и тренеры были в курсе ситуации, но никто из публики даже не догадывался, что со мной происходит, и мне это так нравилось! Это даже подбадривало!

Сегодня я все еще не могу объяснить, откуда я брала эту энергию, чтобы танцевать, ездить на конкурсы и по сей день помню, сколько сил мне давали танцы в битве за жизнь. Удивительно, но на тренировках я не могла устоять и 30 секунд, а в дни конкурсов я была так заведена, что могла протанцевать по 2 минуты на танец! Мой мозг был сильнее моего тела и вел его. Мое тело было рабом моего мозга, и это было чудесно.

WLD: Как долго продолжались сеансы химиотерапии?

А.М.: В итоге вместо 6 месяцев лечения химиотерапией, я прошла год. Я была очень расстроена, когда после 6 месяцев врачи сказали, что этого недостаточно, и нужна повторная операция. Риск операции был огромен, я могла потерять подвижность ног, но самое страшное, - я могла заполучить этот пакетик, чтобы ходить в туалет!

В тот момент я отказалась от операции, лучше умру, чем буду жить без танцев и ходить с этим ужасным пакетиком! Вторым вариантом была радиотерапия, - это означало, что я не смогу иметь детей, так как будут сожжены матка и место для роста ребенка. Это нескончаемая история... у меня были год химиотерапии, 2 месяца радиотерапии и 2 операции (одна на позвоночнике и другая, чтоб спасти один яичник).

WLD: И что же дальше? Лечение закончилось?

А.М.: Уже прошли 3 года с того августа, когда все закончилось, но мне еще надо проходить тесты каждые 4 месяца. Надеюсь, что 5 лет пройдут быстро, что смогу сказать "Я чиста от рака". Еще неизвестно, смогу ли я забеременеть, но я продолжаю в это верить, ведь наша жизнь полна сюрпризов и не всегда плохих! Будущее покажет.

Что ждет впереди нашу героиню? Как ей удалось вернуться на мировую арену после столь тяжелой реабилитации? Заключительную часть эксклюзивного интервью читайте здесь.

Интервью подготовила Мария Турлупова.

Фотографии из личного архива Анжелик.

1
0 0 0
Все хорошо, каждую пятницу вас ждут интересные новости о танцевальном мире
Комментарии: На сайте Вконтакте Facebook