Как belly dance получил русский привкус
Вход на сайт
Регистрация
или войти с помощью
Преподаете танцы? Зарегистрируйтесь как школа или хореограф
ПРИВЕТ, Я МАША, ОСНОВАТЕЛЬ WELOVEDANCE.
Аудитория нашего сайта растет с каждым днем и мне интересно узнать, кто нас читает – откуда вы, чем интересуетесь и где танцуете? Если вы готовы познакомиться, жмите кнопку "Продолжить" и ответьте на несколько коротких вопросов. Так мы будем знать, чем заинтересовать вас в следующий раз.
Вход на сайт
Регистрация
Преподаете танцы? Зарегистрируйтесь как школа или хореограф
Вход на сайт
Регистрация
Школа
Хореограф
Завершение регистрации
Восстановление пароля
Создать
Ваша заявка отправлена.





Как belly dance получил русский привкус
Чемпионка Европы и Мира о разнице восприятий танца.


Welovedance.ru, 28 июл 2015 г

2726
0

Если бы Наталия Антипова переехала из небольшого украинского города в Киев и поступила в хореографический ВУЗ, чтобы стать танцовщицей современного направления, а не в Москву, чтобы попробовать себя в неизвестном ей танцевальном направлении, мир никогда не услышал бы о Латифе — чемпионке Европы и Мира по беллиданс, судье международной категории и очень красивой девушке. Но судьба повернулась иначе и Москва оказалась единственным вариантом развития для молодой танцовщицы. Кстати, ВУЗ она закончила уже столичный. Более 12 лет назад Наталия вошла в мир беллиданса и взяла себе сценический псевдоним, который сегодня известен не только на Украине и в России, но и в арабских странах. WLD поговорили с Латифой и распросили ее, как изменился мир восточного танца за эти годы и как сейчас воспринимают беллиданс.

WLD: Латифа, сейчас вы активно путешествуете, даете мастер-классы в Египте и России, но началось все даже не в Москве. Как и когда вы пришли к беллидансу?

Латифа: Я пришла к нему из народных танцев. Мой первый педагог — Наталья Ландарь — в какой-то момент уехала в Россию, где открыла для себя это направление. Когда она приезжала, я всегда приходила к ней в гости, и однажды она показала мне свое выступление. Это был 2002 год и о беллидансе в странах бывшего СНГ только начали узнавать. Надо сказать, я всегда с интересом изучаю то, как работает человеческое тело, пробую новое, так как считаю, что любой танцор должен быть универсальным. Я пробовала разые стили, но и в бальных, и в народных ты всегда в группе, в паре, всегда с кем-то, а в беллидансе я открыла для себя сольную составляющую выступлений. И меня это привлекло. Семья благословила меня на переезд в Россию. Первые месяцы в Москве пришлось жить у знакомых и зарабатывать на жилье. Помимо работы, я ходила на все занятия к Наталии Стрельченко (Фадда) и в продолжающие, и в начинающие группы, потому что мне было интересно абсолютно все.

WLD: Сложно ли добиться в этом стиле лидерства, признания? Может быть, больше помогает пиар, работа в соцсетях?

Латифа: Соцсети — это второстепенное и каждый решает сам для себя, появляться там или нет. В первую очередь, я считаю, нужно быть танцором, тогда люди узнают о тебе и сами начнут о тебе писать. Я не была зарегистрирована ни в одной социальной сети, и до сих пор, наверное, оставалась бы офлайн, если бы не случай. Оказалось, что кто-то зарегистрировал на мое имя страницу и общался с моими знакомыми, о чем я узнала от учеников. Тогда я зарегистрировалась сама, с помощью техподдержки удалила аккаунт человека, который выдавал себя за меня, и с тех пор я есть и в социальных сетях.

Что касается лидерства. Нужно всегда стремиться быть на высоте и оставаться самим собой. Для этого, конечно, нужно отдаваться делу на 100%. Тогда твой зритель будет чувствовать отдачу и энергию.

WLD: Вы танцуете беллиданс с 2003 года, многое ли изменилось в стиле за последние 12 лет, стала ли выше конкуренция?

Латифа: Говорят, что танец стал популярен после фильма «Клон» — якобы он привлек массовую аудиторию. Не могу сказать, так это или нет. Но с каждым годом наблюдатся увеличение интереса людей к стилю, и конкуренция, естественно, растет. Сейчас танцуют даже дети с трех лет — они подрастают и благодаря своему опыту становятся конкурентоспособными. Если речь о профессиональном танце, людях, которые посвящают все свое время этому стилю, работают в нем, то пока профессионалов немного. Большинство танцуют для себя в качестве хобби.

«
За 12 лет танец изменился и технически. В беллидансе появился особый русский стиль. Даже арабы утверждают, что после них русские танцовщицы — самые сильные в мире.
»

WLD: А проблемы изменились?

Латифа: Самая большая проблема — отсутствие индивидуальности, очень много клонов, которые не понимают как быть самими собой. На первом этапе, когда ты учишься, ты похож на педагога и это естественно, но если я вижу в танцовщице кого-то, а не ее саму, я не могу оценивать ее как профессионала.

WLD: Вы сказали, что сейчас танцуют даже дети с трех лет, но беллиданс — это крайне женский танец. Насколько дети хороши в нем?

Латифа: Когда ребенок танцует, он копирует технику, рассказывает какую-то свою историю движениями, но до конца не осознает, что он делает. Эмоционально грамотно этот танец может прожить только взрослая женщина. Беллиданс — танец, в котором в женщине открывается женщина. В жизни танцовщица может держать в себе какие-то черты характера, но на сцене она раскрывается, показывает темперамент.

«
По тому, как танцует девушка, можно понять, какой она действительно человек. Чем старше женщина, тем богаче становится ее танец.
»

WLD: Беллиданс в качестве фитнеса как воспринимаете?

Латифа: Каждый сам для себя выбирает, куда пойти и что делать. К этому я отношусь спокойно. С другой стороны, есть преподаватели, которые дают эти направления — в их квалификации порой возникают сомнения. Очень много людей, которые незнакомы с методикой преподавания, не могут грамотно сформировать нагрузку, но называют себя педагогами и хореографами. Нужно очень пристально оценивать, к кому вы идете заниматься. Это можно сделать с помощью интернета — читая отзывы, характеристики и просматривая видео.

WLD: Насколько серьезно танцоры других стилей воспринимают беллиданс? Считается ли он экзотикой, танцем для малой группы лиц?

Латифа: На самом Востоке многие не воспринимают этот танец всерьез и, к сожалению, даже больше: он воспринимается как соблазнение, увеселение публики. В арабском мире табу на открытые тела, танец в открытом наряде почти равен проституции. Во всем остальном мире беллиданс — искусство, и именно так воспринимается он и в России. Нельзя сказать, что сейчас это какая-то экзотика, очень многие люди знают и любят этот стиль и пробовали его сами. Он хорош тем, что приносит пользу здоровью, заниматься им можно в любом возрасте и при любой комплекции. Что касается танцоров других стилей, они зачастую погружаются в свою специфику и отводят беллидансу место танцевального номера в восточном ресторане.

WLD: Вы бываете в Каире на классах. И говорили, что существует русский стиль. Чем они отличаются?

Латифа: В Египте сцены камерные и жаркий климат, поэтому танец строится практически на одном месте. В России же движения более размашистые и быстрые, поскольку сцена большая и танцовщица старается ее заполнить. Наш беллиданс стал очень самобытным: мы берем базу Востока и классическую базу — осанка, носок, руки — все это видно в русской танцовщице. Но помимо техники здесь важны эмоции, чувства, танец необходимо исполнять сердцем и душой, это неотъемлемая часть исполнения во всем мире.

WLD: Вы снимались в первом документальном фильме о восточном танце. Насколько достоверной получилась картина?

Латифа: Правдивая ли история — судить зрителю. К сожалению, фильм не вошел в широкий прокат, как было задумано. Но сами съемки были очень важным опытом: мы ездили в Иорданию и Турцию. Можно сказать, исполнилась моя детская мечта. Я хотела быть актрисой, планировала поступать в институт, но видимо судьба моя не в этом, потому что любовь к беллидансу оказалась сильнее. А на съемках удалось совместить оба моих интереса.

WLD: Есть ли у вас личные секреты, как все успеть?

Латифа: Не лениться. Нельзя думать, что в жизни только один коридор, например, танцы. Лично я очень люблю путешествовать, изучать языки. Нужно расставлять приоритеты, иметь цель, некий план. И переходить от цели от цели.

WLD: Тогда какова ваша ближайшая цель?

Латифа: Хочу поехать работать по контракту. Не раз думала об этом, но мне не хватало смелости, не устраивали условия, я не знала английского на тот момент, хотя предложений было много и уже давно. Сейчас я готова приобрести такой опыт. Если же я останусь в России, то открою свою школу.

О восточных танцах узнавала Екатерина Перминова.

Фотографии из личного архива Латифы.

0
0 0 0
Все хорошо, каждую пятницу вас ждут интересные новости о танцевальном мире
Комментарии: На сайте Вконтакте Facebook